Пять лет АУКУС и американо-китайская стратегическая конкуренция: переоценка стратегии безопасности Австралии и ее последствия для Южной Кореи

Резюме

Спустя пять лет после запуска АУКУС укоренилась асимметричная структура. Контролируемые США ротационные силы морской пехоты в Дарвине и база подводных лодок SRF-West быстро наращиваются, в то время как поставка подводных лодок класса «Вирджиния», которая передала бы контроль Австралии, не гарантирована из-за физических производственных ограничений в судостроительной промышленности США. Эта ситуация вызвала в Австралии критику, что АУКУС превращается из механизма создания суверенного потенциала в механизм создания передовых баз США. Это стало политическим вопросом, переплетенным со спорами вокруг бюджета на фрегаты класса «Хантер» и давлением на федеральный бюджет. Замечания бывшего премьер-министра Кевина Радда об инвестициях в ВМФ и критика китайских государственных СМИ, назвавших их подчинением США, могут быть истолкованы как попытки каждой из сторон использовать эти разногласия. Наиболее вероятным путем развития является структурное закрепление этой асимметрии. Это следует рассматривать не как уникальный австралийский случай, а как прецедент, демонстрирующий влияние ограничений в судостроении США на их союзы в более широком смысле. Южной Корее необходимо превентивно обеспечить каналы для участия в оборонных и судостроительных цепочках поставок США, пересмотреть положения о сроках реализации своего консультативного органа по расширенному сдерживанию, используя случай АУКУС в качестве предостережения, и следить за дебатами в Австралии как за ориентиром для управления союзом РК-США.

I. Анализ текущей ситуации

Пять лет АУКУС: переоценка стратегии безопасности Австралии в условиях американо-китайской стратегической конкуренции

1. Предыстория и развитие событий

15 сентября 2021 года Австралия расторгла контракт с Францией на сумму 90 миллиардов долларов на поставку обычных дизель-электрических подводных лодок [1]. Вместо этого она создала трехстороннее партнерство в области безопасности АУКУС с Соединенными Штатами и Великобританией [1]. Это решение было принято тогдашним премьер-министром Скоттом Моррисоном, и политический курс сохранился даже после смены правительства на лейбористское правительство Альбанезе.

АУКУС был разработан по двум основным направлениям. Первое направление — это приобретение Австралией атомных подводных лодок. План предусматривает сначала получение трех подводных лодок класса «Вирджиния» американского производства в начале 2030-х годов, а затем переход на класс SSN-AUKUS, который будет совместно разработан Великобританией и Австралией [6]. Второе направление включает обмен передовыми технологиями, такими как искусственный интеллект, гиперзвуковые технологии и кибервозможности.

С самого начала в Австралии велись дебаты. Некоторые старейшие государственные деятели, включая бывшего премьер-министра Пола Китинга, критиковали Австралию за то, что она стала чрезмерно подчиненной стратегии США в отношении Китая. Тем не менее, во время перехода от либерального правительства к лейбористскому, не было предпринято никаких шагов по пересмотру самого АУКУС. Расширение военного присутствия США, включая ротационные силы морской пехоты в Дарвине и создание ротационных сил подводных лодок «Запад» (SRF-West), является структурой, в которой АУКУС был добавлен к уже существующим тенденциям, продолжающимся более десяти лет [3][8].

2. Текущая ситуация

В сентябре 2026 года, в пятую годовщину соглашения АУКУС, становятся очевидными разногласия, связанные с его практической реализацией. Заместитель министра обороны США Элбридж Колби публично заявил, что график поставок подводных лодок класса «Вирджиния» в Австралию не может быть гарантирован [6]. По оценкам, судостроительной промышленности США физически сложно нарастить производство для покрытия передачи Австралии, учитывая, что собственные ударные подводные силы ВМС США уже находятся на уровне значительно ниже требуемого [6]. Деятели в Австралии, включая бывшего премьер-министра Тернбулла, в целом согласны с этой оценкой [6].

Напротив, на переговорах в Вашингтоне подтвердилась иная тенденция. Министр обороны Ричард Марлз и министр обороны США Пит Хегсет договорились о расширении ротационных сил морской пехоты в Дарвине и усилении SRF-West [3][8]. Закрепляется асимметричная структура: передовое развертывание активов, контролируемых США, в Австралии ускоряется, в то время как поставка подводных лодок, которая передала бы контроль Австралии, задерживается [3][8]. Это подпитывает растущую в Австралии критику, что АУКУС «превращается из механизма создания суверенного потенциала в механизм создания передовых баз США» [8].

Примерно в то же время программа фрегатов класса «Хантер» также попала под пристальное внимание. Ссылаясь на бюджетные документы, телеканал Эй-би-си Ньюс сообщил, что на строительство трех фрегатов класса «Хантер» выделено 27 миллиардов долларов [Источник удален]. В Австралии продолжаются дебаты об экономической эффективности этих инвестиций в корабли, которые еще не введены в эксплуатацию [Источник удален].

На этом фоне замечания, опубликованные в социальных сетях бывшим премьер-министром Кевином Раддом 13 сентября, вызвали споры. Он написал: «Австралии нужен военно-морской флот мирового класса. Военно-морской флот мирового класса требует таких инвестиций, как АУКУС» [7]. Газета «Глобал Таймс» немедленно оспорила это заявление. Напомнив, что во время своего пребывания у власти Радд считался относительно сбалансированной фигурой в отношениях с Китаем, газета утверждала, что сам факт того, что даже он выступает за наращивание военно-морской мощи, является доказательством того, что Австралия попадает в «ловушку США» [7].

Замечания, сделанные в Токио 9 сентября послом Австралии в Японии Эшли Ширером, также вызвали негативную реакцию со стороны Пекина. В своей речи в Национальном пресс-клубе Японии посол Ширер поддержал наращивание военной мощи Японии и защитил планы по проведению испытаний гиперзвуковых ракет на австралийской территории [9]. Он также раскритиковал «экономическое принуждение» со стороны Китая [9]. Ссылаясь на китайского эксперта, «Глобал Таймс» возразила, что замечания Ширера основаны на менталитете холодной войны и направлены на оправдание военной экспансии Японии путем представления Китая как общего врага [9].

С американской стороны, замечания, сделанные в Гонолулу Адамом Коженевски, чиновником рабочего уровня администрации Трампа, ответственным за АУКУС, с опозданием привлекли внимание. Он объяснил, что АУКУС — это не разовая сделка, а «образ мышления», который может быть применен к другим партнерам, объясняя, почему президент Трамп решительно поддерживает это соглашение [4]. Газета «Сидней Морнинг Геральд» сообщила, что он говорил с намерением выразить уверенность в твердой приверженности Австралии союзу [4].

3. Анализ ключевых действующих лиц

Правительство Альбанезевнешне подтверждает свою приверженность АУКУС, но его внутриполитическая основа ослабевает. Согласно опросу «Сидней Морнинг Геральд», 74% избирателей обеспокоены федеральным долгом, а 48% требуют сокращения государственных расходов [13]. В тот же период бывший премьер-министр Радд предупредил, что Австралия «рискует стать страной второго сорта», а бывший секретарь Австралийского совета профсоюзов Билл Келти раскритиковал премьер-министра Альбанезе и казначея Чалмерса за то, что они способствуют поддержке партии «Одна нация» своим отношением, игнорирующим избирателей [13]. Возникает конфликт между давлением с целью увеличения оборонного бюджета и требованием бюджетной ответственности.

Бывший премьер-министр Кевин Раддпублично выступил за увеличение инвестиций в ВМФ вскоре после ухода с поста посла в США. В отдельной авторской колонке для «Острелиан Файнэншл Ревью» он представил свою оценку того, что Китай изменился при режиме Си Цзиньпина, и обсудил последствия для зависимости Австралии от экспорта ресурсов и ее стратегии конкуренции в области искусственного интеллекта [10]. Сам факт того, что Радд, считавшийся экспертом по отношениям с Китаем, призвал к наращиванию военно-морской мощи, демонстрирует смещение центра тяжести австралийского дискурса в области безопасности.

Министерство обороны США и администрация Трампапосылают противоречивые сигналы. На политическом уровне, через Коженевски, они выражают доверие Австралии и представляют АУКУС как модель для других союзов [4]. Однако на рабочем уровне заместитель министра Колби заявил, что график поставок подводных лодок не может быть гарантирован [6]. Этот разрыв проистекает из структурных ограничений судостроительной промышленности США. По оценкам в Австралии, темпы строительства подводных лодок класса «Вирджиния», недостаточные даже для удовлетворения потребностей ВМС США, делают производство единиц для передачи Австралии физически непосильным [6].

Китайское государственное СМИ «Глобал Таймс»последовательно оспаривает наращивание военно-морской мощи Австралии и ее заявления в поддержку военного сотрудничества с Японией [7][9]. В ответ на замечания Радда оно продвигало «теорию ловушки», утверждая, что Австралия используется для реализации повестки дня США в области безопасности [7]. Замечания посла Ширера оно представило как блоковый менталитет эпохи холодной войны, критикуя Австралию за предоставление предлога для военной экспансии Японии [9]. Оба случая можно рассматривать как попытки укрепить нарратив о том, что тесное сближение Австралии с США усугубляет региональные дилеммы безопасности.

Министерство обороны Австралии и министр Марлздемонстрируют способность союза к реализации, соглашаясь на расширение ротационных сил морской пехоты в Дарвине и усиление SRF-West [3][8]. Однако это включает в себя передовое развертывание активов, над которыми США сохраняют контроль, а не передачу активов, которые Австралия контролировала бы сама [8]. Асимметрия между затратами, которые несет Австралия, и военными активами, которые она фактически получает, становится центральным предметом споров в дебатах по оборонной политике.

4. Ключевые вопросы

Первый вопрос — это неопределенность сроков реализации первого направления. Из-за физических ограничений судостроительной промышленности США существует высокая вероятность того, что поставка подводных лодок класса «Вирджиния» будет отложена [6]. Более вероятный путь — это перенос сроков на несколько лет, а не полная отмена соглашения [6]. В этом сценарии Австралия окажется в положении, когда ей придется одновременно обеспечивать альтернативные возможности и способствовать расширению судостроительной промышленности США [6].

Второй вопрос — это негативная реакция внутри Австралии на превращение в передовую базу США. Закрепляется структура, при которой передовое развертывание активов, контролируемых США, в Австралии ускоряется, в то время как передача активов Австралии задерживается [3][8]. Это приводит к критике, что это противоречит первоначальной цели АУКУС — созданию суверенного потенциала Австралии [8].

Третий вопрос — это конфликт между увеличением оборонных расходов и требованием бюджетной ответственности. Споры вокруг экономической эффективности программы фрегатов класса «Хантер» [Источник удален] и эрозия общественной поддержки, вызванная опасениями по поводу долга [13], иллюстрируют политическую обстановку, в которой видение «военно-морского флота мирового класса», к которому призывал бывший премьер-министр Радд, будет трудно подкрепить реальными бюджетами.

Четвертый вопрос — это дискурсивная контрстратегия Китая. «Глобал Таймс» нацеливается даже на высказывания деятелей, ранее считавшихся в Австралии умеренными по отношению к Китаю, чтобы распространять нарратив о «ловушке США» [7]. Это можно рассматривать как попытку разжечь в австралийском общественном мнении настроения против союза с США, тем самым сужая пространство для маневра правительства Альбанезе в оборонной политике.

II. Углубленный анализ

Пять лет АУКУС: углубленный анализ переоценки стратегии безопасности Австралии в условиях американо-китайской конкуренции

1. Анализ коренных причин

Основная причина разногласий в АУКУС — это разрыв между политическим решением, принятым во время заключения соглашения, и промышленной реальностью на момент его реализации. Решение правительства Моррисона в 2021 году расторгнуть контракт на подводные лодки с Францией и выбрать АУКУС было стратегическим сигналом [1]. Это была декларация о намерениях глубже войти под зонтик безопасности США. Однако это решение не в достаточной мере учитывало реальные производственные мощности военно-морской судостроительной промышленности США.

Темпы строительства подводных лодок класса «Вирджиния» недостаточны для удовлетворения даже собственных потребностей ВМС США [6]. Это и является подоплекой заявления заместителя министра обороны Колби о том, что он не может гарантировать сроки поставки в Австралию [6]. Это не вопрос отсутствия политической воли; это проблема физических ограничений, включающих рабочую силу на верфях, цепочки поставок комплектующих и распределение бюджета. Анализ Фонда Карнеги за международный мир указывает на возможность того, что ввод в эксплуатацию SSN-AUKUS может быть отложен до 2040-х годов или позже [6]. Это означает, что оба компонента первого направления — временная передача подводных лодок класса «Вирджиния» и конечная цель ввода в эксплуатацию SSN-AUKUS — стали неопределенными.

Подход администрации Трампа к союзам добавляет еще один уровень сложности. Адам Коженевски, высокопоставленный чиновник, отвечающий за АУКУС, охарактеризовал его как «образ мышления» [4], то есть как структуру, применимую к другим партнерам. Это замечание предполагает, что АУКУС — это не индивидуальное соглашение только для Австралии, а пробный случай для шаблона, который США намерены применять к нескольким союзникам. С точки зрения Австралии, это увеличивает риск того, что логика распределения стратегических ресурсов США будет иметь приоритет над ее собственными специфическими потребностями в области безопасности.

2. Структурный контекст

Структура безопасности: асимметрия контроля

Ротационные силы морской пехоты в Дарвине и база подводных лодок SRF-West являются активами, над которыми Соединенные Штаты сохраняют контроль [3][8]. В отличие от этого, передача подводных лодок класса «Вирджиния» предполагает передачу контроля Австралии. На переговорах в Вашингтоне была подтверждена асимметрия: ускорение первого и задержка второго [3][8]. Если эта структура закрепится, характер АУКУС сместится с проекта по созданию независимого потенциала сдерживания Австралии на проект по обеспечению передовых баз США в Индо-Тихоокеанском регионе. Критика со стороны некоторых кругов в Австралии направлена именно на этот момент [8].

Политическая структура: бюджетное давление и падение рейтингов одобрения

Рейтинги одобрения правительства Альбанезе имеют тенденцию к снижению. Семьдесят четыре процента избирателей обеспокоены федеральным долгом, а 48% требуют сокращения государственных расходов [13]. В тот же период бывший премьер-министр Радд предупредил, что Австралия «рискует стать страной второго сорта», а бывший секретарь Австралийского совета профсоюзов Билл Келти раскритиковал премьер-министра Альбанезе и казначея Чалмерса за то, что они способствуют поддержке партии «Одна нация» своим отношением, игнорирующим избирателей [13]. На фоне этого бюджетного давления стало известно о выделении 27 миллиардов долларов на три фрегата класса «Хантер» [Источник удален]. Эти крупные расходы на корабли, которые еще не введены в эксплуатацию, в сочетании со спорами о задержках в поставках подводных лодок по программе АУКУС, перерастают в более широкую дискуссию об эффективности всего оборонного бюджета.

Ситуацию, когда лидер партии «Одна нация» Полин Хэнсон набирает поддержку, обещая сократить иммиграцию, следует рассматривать в том же контексте [Источник удален]. Во внутриполитической обстановке, где усиливается конкуренция за распределение бюджетных средств между увеличением оборонных расходов и политикой в области социального обеспечения/иммиграции, АУКУС больше не может оставаться исключительно вопросом двухпартийного консенсуса в области безопасности.

Экономическая структура: столкновение между торговой зависимостью от Китая и ориентацией на безопасность

Австралия зависит от Китая в значительной части своего экспорта ресурсов. Бывший премьер-министр Радд хорошо осведомлен об этом факте [10]. То, что он призвал к созданию «военно-морского флота мирового класса» и потребовал инвестиций на уровне АУКУС [7], показывает, что Австралия все еще склоняется в сторону безопасности в балансе между экономической зависимостью от Китая и ее обязательствами в области безопасности перед США. Немедленная реакция «Глобал Таймс», представившая его замечания как «ловушку США» [7], означает, что Пекин интерпретирует выбор Австралии как участие в возглавляемой США сети сдерживания Китая.

3. Исторические прецеденты и сравнение с аналогичными случаями

Задержки в реализации АУКУС можно классифицировать как случай, когда обязательства США по передаче вооружений союзнику столкнулись с пределами промышленных возможностей. Это структурно схоже с задержками в передаче F-16 на Тайвань в эпоху холодной войны или более недавними задержками в поставках систем «Пэтриот» в Украину. Общей чертой является то, что политическое одобрение происходит быстро, но фактическое производство и поставка зависят от физических ограничений промышленной базы.

Однако случай АУКУС имеет отличительный элемент: сама природа актива, атомной подводной лодки, чрезвычайно чувствительна в рамках режимов контроля и нераспространения. Выбор США быстро расширять передовое развертывание активов, над которыми они сохраняют контроль, при этом задерживая поставку подводных лодок, требующих передачи контроля, посылает гораздо более четкий сигнал, чем прошлые задержки в передаче обычных вооружений. Именно поэтому в Австралии высказываются опасения, что суть партнерства в области безопасности может трансформироваться из «передачи потенциала через сотрудничество» в «передовое развертывание вооруженных сил США через предоставление баз» [8].

Сравнение со случаем НАТО также правомерно. Расширение военного присутствия США в Австралии совпадает по времени с запланированным докладом Пентагона министру Хегсету о пересмотре американских сил, дислоцированных в Европе [3]. Подтверждается тенденция «выборочного распределения, сочетающего увеличение бремени самообороны для членов НАТО с концентрацией ресурсов, сосредоточенных на АУКУС в Азиатско-Тихоокеанском регионе» [3]. Это подразумевает, что в процессе перераспределения своих глобальных союзнических ресурсов США проводят двойную стратегию: требуют большего разделения бремени от Европы, одновременно усиливая свое прямое передовое присутствие в Индо-Тихоокеанском регионе. Это соответствует прошлым попыткам перебалансировки, когда США частично ушли из Европы после холодной войны, чтобы переключить свое внимание на Азию. Однако на этот раз характер иной, поскольку передовое развертывание американских активов имеет приоритет над поддержкой наращивания собственного потенциала союзников.

4. Ключевые переменные, определяющие будущее развитие событий

Темпы расширения судостроительной промышленности США

Первая переменная — это то, существенно ли улучшатся темпы строительства подводных лодок класса «Вирджиния». Согласно сообщению газеты «Нихон кэйдзай симбун», ВМС США даже рассматривают возможность закупки судов, построенных в союзных странах, таких как Япония и Южная Корея [Источник удален]. Это свидетельствует о том, что сами США признают структурные ограничения своей судостроительной промышленности. Если политика сместится в сторону разрешения закупок за рубежом при условии внутренних инвестиций [Источник удален], это может косвенно повлиять на сроки поставки в Австралию. Однако, будет ли этот путь применен к таким высокочувствительным атомным активам, как подводные лодки класса «Вирджиния», — это отдельный вопрос.

Направление внутренней политики Австралии

Если падение рейтингов одобрения правительства Альбанезе и бюджетное давление усугубятся [13], политическое давление с целью пересмотра расходов, связанных с АУКУС, может возрасти. Споры вокруг программы фрегатов класса «Хантер» уже являются предвестником этого [Источник удален]. Однако, учитывая прецедент, когда даже после прихода к власти лейбористского правительства не было предпринято никаких шагов по пересмотру самого АУКУС, более вероятно, что сокращение бюджета приведет к пересмотру приоритетов конкретных проектов, а не к подрыву основ АУКУС.

Интенсивность реакции Китая

Ключевым моментом будет то, перерастет ли уровень критики со стороны китайских государственных СМИ, включая «Глобал Таймс», в реальные дипломатические и экономические меры [7][9]. Критика китайским экспертом жестких высказываний посла Ширера в адрес Китая как «мышления холодной войны» [9] показывает, что Пекин представляет Австралию как субъект, используемый для оправдания военной экспансии Японии. Учитывая зависимость Австралии от экспорта ресурсов в Китай [10], не может быть исключена возможность того, что Китай может использовать экономические рычаги для подпитки скептицизма в отношении АУКУС внутри Австралии.

Приоритеты распределения ресурсов Министерства обороны США

Наиболее важной долгосрочной переменной является то, как Соединенные Штаты приоритизируют распределение своих ресурсов между НАТО и Индо-Тихоокеанским регионом [3]. Если результаты пересмотра дислокации американских сил в Европе будут контрастировать с расширением военного присутствия США в Австралии, это формализует усиление приоритета Индо-Тихоокеанского региона. В этом случае Австралия более прочно возьмет на себя роль передовой базы США в Азии, но, в свою очередь, будет вынуждена продолжать нести издержки, связанные с задержками поставок подводных лодок.